О КОСМИЧЕСКОМ ПОЛЁТЕ Г.Т. БЕРЕГОВОГО
(воспоминания современника)
Бурдаев М.Н.
(ФГБУ «НИИ ЦПК имени Ю.А. Гагарина», Звёздный городок)
После гибели на первом пилотируемом «Союзе» Владимира Михайловича Комарова к следующему полёту на этом новом в ту пору корабле готовились очень ответственно. Выполнение полёта доверили фронтовику Великой Отечественной войны, Герою Советского Союза, Заслуженному лётчику-испытателю Георгию Тимофеевичу Береговому. Инструкторы Центра подготовки космонавтов провели с ним несколько сотен тренировок на сближение и стыковку с пассивным кораблём. Но на существовавшем в то время тренажёре стыковки не отображалась внешняя обстановка, на фоне которой космонавт наблюдает объект сближения. Это обстоятельство решающим образом повлияло на ход и исход полёта.
Мне довелось участвовать в беседах с ним и разработке его отчёта после полёта. В процессе анализа развития полётной обстановки выяснилось, что после выхода на орбиту Георгий Тимофеевич увидел Землю над собой.
Для него, профессионального лётчика, это было непривычно. На самолётах он привык в нормальных полётах видеть Землю под собой. И он, не задумываясь, развернул свой корабль по крену на сто восемьдесят градусов.
В назначенное время он обнаружил объект сближения - беспилотный корабль «Союз-2». Сближение шло нормально. Но, когда расстояние между кораблями сократилось до десятков метров, объект сближения начал отклоняться от центра поля зрения визира, несмотря на действия космонавта.
Береговой погасил радиальную скорость. Отвёл свой корабль на расстояние, при котором этого отклонения не было. Снова повёл свой корабль на сближение - картина повторилась.
Причиной этого неожиданного для космонавта явления был тот разворот по крену, который он совершил, ориентируясь на свои прежние представления и навыки лётчика-фронтовика, лётчика-испытателя. Дело в том, что на заключительном этапе сближения кораблей команды на управлении сближением вырабатывались по сигналам, вырабатываемым на основе взаимной связи двух антенн - 5АО и 6АО, размещённых на некотором расстоянии от осей стыковочных узлов кораблей. При штатной ориентации активного корабля совмещение осей диаграмм излучения и приёма этих антенн соответствовало совмещению осей стыковочных узлов кораблей. При развороте активного корабля по крену на 180° бортовая система управления сближением обеспечивала совмещение осей антенн. Но стыковочные узлы при этом оказывались по разные стороны от этих совмещённых осей. Поэтому и отклонялся активный корабль от расчётного положения для стыковки, и уходил вбок в поле зрения пассивный корабль.
Конструкторы предусмотрели на пассивном корабле средства контроля взаимной ориентации кораблей по крену. Выше и ниже стыковочного узла пассивного корабля были размещены две пары огней, хорошо видимых с активного корабля. Одна из этих пар мигала, другая светила постоянно. Эти огни были показаны на тренажёре на всех тренировках. Береговой не мог не видеть их в полёте. По ним он мог обнаружить, что взаимная ориентация по крену кораблей не соответствует штатной. Но не сделал этого.
Как положено в такой обстановке, Береговой докладывал о происходящем на Землю. Но о совершённом им по своей инициативе развороте активного корабля по крену он Земле не сообщил. О том, что огни, указывающие взаимную ориентацию кораблей, в поле его зрения поменялись местами - тоже. Поэтому специалисты на Земле не могли выяснить причину взаимного уклонения кораблей и не могли выработать и дать космонавту соответствующие рекомендации.
Береговой был опытным лётчиком-испытателем. Он знал, что информацию о происходящем необходимо документировать и сохранить. Для этого он развернул своё тело в кресле вправо, чтобы достать фотоаппарат. При этом правым коленом коснулся правой ручки управления кораблём. Сдвиг этой ручки вправо выдал команду на разворот активного корабля по курсу. Сколько секунд была непроизвольно отклонена правая ручка управления, Георгий Тимофеевич не заметил. Но, когда он навёл фотоаппарат на объектив визира, пассивного корабля в поле его зрения не было.
Попытки с помощью той же правой ручки управления разворачивать свой корабль, чтобы найти второй «Союз» были безрезультатны. На корабле Берегового ещё не было сделанного и поставленного на последующие корабли прибора, который указывал, в каком направлении за полем зрения находится объект сближения.
Полёт продолжался. Пришло время обеда. Георгий Тимофеевич открыл контейнер НАЗ’а, вынул пакет с обеденным рационом, но, сколько ни искал, не нашёл консервного ножа, чтобы открыть баночку мясных консервов. Потеря была чувствительной, потому что содержимое этой баночки составляло около 40% калорий суточного рациона космонавта. Вдобавок, без мяса был нарушен баланс компонентов продуктов питания, что в полёте имело для космонавта уже другие последствия. После полёта выяснилось, что кто-то перед полётом переложил в другом порядке предметы в контейнерах НАЗ’а, но вложенные в контейнеры перечни продуктов не заменил.
Космический полёт Георгия Тимофеевича Берегового продолжался 3 суток 22 часа 50 минут 45 секунд и закончился благополучно.
Материалы научно-практической конференции «Полёты в космос. История, люди, техника», стр.30-31.
8-9 октября 2014 г.
Звёздный городок